Джорджио Армани самостоятельно построил бренд с миллиардным оборотом, но что будет дальше с его модной империей? Международная пресса не первый год задается вопросом, что же ждет модную империю Armani после ухода ее основателя и единоличного руководителя Джорджио Армани. Знаменитый итальянский мэтр моды приближается к 80-летию, которое он отпразднует в 2014 году.
В 2012 году в американской «Уолл Стрит Джорнал» был опубликован большой материал, посвященный Армани и его возможному преемнику. В статье-репортаже рассказывалось о том, как итальянский дизайнер упорно отказывается уступить хотя бы часть полномочий кому-то другому, не говоря уже о продаже всей компании или ее доли сторонним инвесторам.
В большинстве компаний креативный директор занимается творчеством, а исполнительный — управлением. Джорджио Армани же занимается и тем, и другим, сетовала газета. Многие крупные дизайнеры как, например, Карл Лагерфельд, работают по контракту для брендов, которые им не принадлежат. Армани же занимается исключительно своим модным домом. Большинство модных домов принадлежат крупным конгломератам, а те, что всё ещё принадлежат семьям основателей, обычно имеют несколько акционеров. Армани же владеет 100% компании Giorgio Armani SpA.
Армани несёт полную ответственность за всё, что носит его имя. Его стиль управления помог компании достичь огромного успеха. Итальянский дизайнер революционизировал гардероб профессиональных женщин в 1980-е, убрав из него набивные цветочные юбки и заменив их шикарными, деконструированными брючными костюмами нейтральных тонов. Он использовал маркетинговую силу Голливуда и вывел высокую моду на красную ковровую дорожку. Общее управление и финансовый вес его компании — в 2010 году у неё было 800 миллионов долларов наличными на счетах — позволяют ей оставаться независимой, хотя большая часть модного бизнеса в мире перешла под контроль двух крупных французских конгломератов. Люди, обученные в доме Armani, являются одними из лучших сотрудников в модном бизнесе, согласно топ-менеджерам в конкурирующих компаниях. В 2010 году в мире было продано продуктов под маркой Armani стоимостью более 8 миллиардов долларов. Состояние Джорджио Армани, согласно «Форбс», составляет 7,2 миллиарда долларов, дизайнер владеет девятью домами и двумя яхтами.
Но главный вопрос, конечно же, заключается в том, что Армани вскоре исполнится 80 лет, а он отказывается назвать своего преемника или каким-то иным образом подготовить будущее компании, когда сам он уже не сможет больше заниматься всеми делами.
Армани настолько важен в своей компании, что трудно представить её будущее без него. За последние 20 лет Армани рассматривал возможность выхода на фондовую биржу и даже подумывал продать долю в компании конгломерату LVMH. Но, как говорят бывшие топ-менеджеры Armani, дизайнер не смог это сделать. Это означало бы отказ от полного контроля над своей компанией.
Джорджио Армани и модели после показа коллекции осень-зима 2014-15
В интервью американскому изданию Армани сказал, что рассматривает возможность того, что его бизнес со временем окажется в руках группы, которую он называет I Fedeli — или «преданные». В нее входят его две племянницы и племянник — Сильвана и Роберта Армани, дочери его покойного брата Серджио, и Андреа Камерана, сын его младшей сестры Розанны, а также Панталео дель’Орко, известный как Лео, бывший манекенщик, который является сотрудником и другом Армани в течение 20 лет.
57-летняя Сильвана, сдержанная и строго элегантная, начинала как модель и дизайнер купальников у своего дяди в 1970-е, а сегодня она отвечает за женские коллекции марки. Армани иногда выводит её вместе с собой на подиум. 59-летний Дель’Орко является её коллегой, отвечающим за мужскую линию одежды. Эти два человека являются наиболее близкими к дизайнеру. И хотя Джорджио Армани передал большую часть креативного контроля этим двум людям, но когда есть разногласия — а их бывает много — Сильвана говорит, что в конечном счёте последнее слово всегда остается за самим дизайнером.
41-летняя Роберта, которая также начинала как модель у своего дяди, теперь руководит мероприятиями и событиями, связанными с красной ковровой дорожкой. Ее часто можно видеть стоящей рядом с Армани на фотографиях, она стала вторым наиболее узнаваемым лицом модного бренда. 42-летний Камерана присоединился к Armani 12 лет назад после того, как получил опыт работы в пищевой индустрии. Будучи директором он занимается деловой частью работы и описывает свою работу как «сглаживание трений между Армани и его менеджерами». Камерана говорит, что его семья работает над укреплением внутренней организации компании, «чтобы она функционировала, что бы ни случилось».
Джорджио Армани охотно признаёт, что не достиг бы ничего без помощи другого человека — Серджио Галеотти, чертёжника с итальянского побережья Тосканы, с которым у дизайнера был роман в 1960-е. На тот момент Армани работал декоратором витрин и байером в миланском универмаге La Rinascente, а также создавал одежду для итальянского мужского бренда Cerruti. Галеотти, на 10 лет моложе Армани, был кутилой и вольным человеком, и заряжал своей энергией амбициозного дизайнера.
Когда они начали думать о том, чтобы создать свой бизнес, Галеотти и Армани подумывали о том, чтобы объединиться с Вальтером Альбини, тогдашним итальянским дизайнером, который приобрел известность благодаря своей роскошной спортивной женской одежде. Но даже на этом раннем этапе Армани опасался, что кто-то его затмит. Более того, он хотел создавать моду для женщин, что было и остается более серьезным бизнесом, чем создание одежды для мужчин. Поэтому пара отказалась от идеи совместной компании с Альбини, и в 1975 году они запустили собственную марку. Галеотти, которому было тогда 30 лет, занимался управлением марки, а Армани, которому было 40, стал креативным умом и лицом бренда.
Армани вскоре обжился в непринужденном, но изысканном стиле, которым он станет знаменит. Хотя на него оказали свое влияние более структурированные образы французских кутюрье, такие как Ив-Сен Лоран и Шанель, Армани рассматривал свою моду как не ограниченную фантазией. «Я хотел одевать женщину, которая живет и работает, а не женщину с картины», — говорит он.
В конце 1970-х и в начале 1980-х начался период огромной экспансии для Армани и Галеотти. Они заключили лицензионное соглашение с одним из крупнейших предприятий-изготовителей Италии того времени — Gruppo Finanziario Tessile (GFT). В 1979 году в США была создана Giorgio Armani Corp., а вскоре после этого компания подписала лицензионное соглашение о производстве косметики с L’Oréal и открыла свой первый магазин Emporio Armani в Милане.
Настоящим поворотным моментом стало сотрудничество с Фредом Прессманом, владельцем универмага Barneys New York. Универмаг разместил крупный заказ и запустил большую рекламную кампанию, которая ввела моду итальянского дизайнера во все американские дома. Усилившаяся видимость Armani ударила рикошетом по Голливуду, где режиссер Пол Шрейдер попросил его создать гардероб Джона Траволты для своего нового фильма «Американский жиголо». Согласно этой знаменитой легенде, Траволта отказался от участия в фильме, и роль сыграл Ричард Гир, ставший идеальной кинозвездой для элегантных костюмов Giorgio Armani. Это было задолго до того, как скрытая реклама в кино стала тщательно изучаемой маркетинговой стратегией для модных домов, — а для Armani это стало блестящим ходом.
Успех принес славу и богатство. Но на пике успеха марки Armani Галеотти заболел лейкемией. В 1985 году он несколько месяцев провел сначала в больнице в Нью-Йорке, а затем в номере в роскошной гостинице Hôtel de Crillon в Париже, пока Армани с трудом поддерживал компанию на плаву, включая подготовку все более ожидаемых коллекций. Галеотти умер в августе 1985 года. Джорджио Армани называет это самым тяжелым моментом в своей жизни. Бывшие топ-менеджеры Armani, работавшие в Giorgio Armani SpA, говорят, что большинство людей в компании-партнере Armani считали, что смерть Галеотти означала конец модного дома. Никто не верил, что Армани сможет продолжить дело сам.
Но Giorgio Armani SpA продолжила свое расширение. Компания вышла на рынок Азии через Японию и запустила такие новые продукты как джинсы, солнечные очки и кожаные аксессуары. Были открыты магазины для различных линий, включая магазин Armani Exchange в Нью-Йорке и магазины Armani Collezioni в Милане, Лондоне и Токио. Дизайнер также сделал первые шаги в бизнесе стиля жизни посредством открытия кафе и ресторанов.
Именно в то время компания привлекла внимание президента LVMH Бернара Арно, который все 1990-е создавал империю, скупая находившиеся в тяжелом финансовом положении модные дома, контролировавшиеся семьями, которым не хватало наличности для развития бизнеса. В 1998 году, согласно обеим сторонам, Арно и Армани начали обсуждение возможного партнерства, в котором дизайнер остался бы креативным директором, а LVMH получила бы 20%-ю долю бизнеса. Но переговоры ни к чему не привели.
Твердо решив остаться независимым, Армани занялся расширением производственных мощностей. До того времени компания по большей части передавала изготовление одежды, обуви и сумок на внешний подряд. В период с 2000 по 2005 год компания выкупила многих из своих старых партнеров, включая GFT и группу изготовителей обуви в промышленном районе рядом с Венецией. Затем компания расширила свое присутствие в Азии, открыв 35 бутиков в Китае в течение двух лет, и построила мега-магазин в Милане, в котором представлены несколько линий Armani, и который также является представительством элитной «мекки суши» Nobu. Джорджио Армани также нанял японского архитектора Тадао Андо для проекта строительства театра на 558 человек под названием Teatro Armani для показа своих женских и мужских модных коллекций, и создал мебельную компанию Armani Casa, которая использует элегантный, минималистский стиль дизайнера при создании предметов интерьера.
К середине 2000-х Армани находился в бизнесе готовой одежды уже более 30 лет, а под его маркой выпускалось всё, начиная от костюмов и заканчивая нижним бельём. Но ей не хватало, как он считал, «интенсивной роскоши, в том виде, как это делают французы». Поэтому в 2005 году он запустил линию Armani Privé — вечернюю моду «от кутюр», цены на которую начинаются с 35000 долларов, и которая демонстрируется в Париже параллельно с показами таких домов как «Диор» и «Живанши».
Годом позднее Армани объединил усилия с Emaar Properties, компанией-застройщиком из Дубая, чтобы построить восемь роскошных гостиниц под именем бренда. На сегодняшний день открыты две таких гостиницы — в Дубае и Милане. Гостиница в Марракеш должна быть открыта в 2015 году. Ближайшее окружение Армани говорит, что гостиницы являются наиболее амбициозным проектом Армани на сегодня. Его племянница Роберта сказала, что они являются «памятником для его моды, тропой в бессмертие«.
У бизнеса Армани все же есть свои слабые места. Сам Армани признает, что он так и не смог создать сильную коллекцию аксессуаров. Это означает упущенные финансовые возможности. Также бизнес рос не так быстро, как бизнес многих конкурентов в последние годы, особенно в Северной Америке и Европе. В 2011 году текущая выручка Armani составила 373 миллиона долларов, а доход — 2,4 миллиарда долларов. Армани говорит, что рост продаж на 13,6% в 2011 году превысил исторические средние показатели, но конкурирующие компании показывали более высокий рост продаж.
Армани также ведет многолетнюю борьбу с модным истеблишментом, который склонен превозносить более страдальческую или интеллектуальную работу таких дизайнеров как Александр Маккуин, Марк Джейкобс или — что особенно его раздражает — Миуччи Прады. Армани подвергается критике за то, что он не показывает ничего нового. Но он гордится тем, что 99% его моделей с подиума можно найти в магазинах, и говорит, что редакторам следует уделять больше внимания тому, чего хотят потребители, чем тому, что хорошо выглядит на обложке журнала. Массимилиано Финаззер-Флори, друг Армани, говорит, что в отличие от многих дизайнеров Армани создает моду, не претендуя на то, чтобы его мода являлась искусством. «Армани — не художник«, — говорит он. «Он ремесленник в полном смысле слова«. Но как и все люди в креативном бизнесе, говорит бывший топ-менеджер Armani Форте, Армани чувствителен к тому, чтобы его «всегда считали на вершине его творческого потенциала«. Именно поэтому, несмотря на почти 40 лет в центре внимания, Армани вернулся на подиум, подвергнув себя потоку суждений, которые вызывает 10-минутное модное шоу.
В разговоре с американскими журналистами Армани заявил, что мода не имеет смысла, если она не служит основной цели — одевать людей. Он привел пример зимней коллекции, сшитой из органзы только потому, что органза является ультрамодной. «Это абсурдно, потому что зимой холодно и вы не можете ходить голыми«, — говорит Армани. «Это серьезный бизнес. Это не игра. Речь идет не только о жертвах моды«. И все же он раздражается из-за того, что не являеся любимцем критиков. «Почему для меня это все еще важно? Почему я ставлю себя в положение, в котором меня могут отвергнуть или не принимать во внимание, как мне того хотелось бы? Потому что я креативный человек, потому что я все еще стремлюсь им быть«.
Он сказал журналистам, что думает о преемственности каждый день, «когда я просыпаюсь утром, и когда ложусь спать вечером«. И намекнул, что сожалеет, что не заключил сделку с LVMH. «Сегодня две компании вместе были бы чем-то исключительным«, — сказал он. Один из вариантов, который он изучает, это создание фонда, сходного с фондом Hans Wilsdorf Foundation, стоящим за маркой Rolex, — это защитило бы финансовые активы его наследников и обеспечило стратегическое руководство. Как он считает, его племянницам и племяннику потребуется поддержка. Но при этом на все вопросы о преемственности он дает всегда один и тот же ответ: «Пока я жив, я — начальник«.
Теги: Armani, Giorgio Armani, Джорджио Армани, итальянская мода, люксовые бренды, модные марки
